Вы здесь

Станислав Бышок: В Белоруссии идёт «телеграмная» революция, будущее неумолимо

Украина была демократической страной, со свободой слова и развитой партийной системой. В Белоруссии этого и близко не было, раскол здесь носит не «горизонтальный», а «вертикальный» характер, считает Станислав Бышок, сопредседатель белорусско-российской Гражданской инициативы «Союз».

В выходные дни противники Лукашенко в Белоруссии провели самый масштабный за всю историю страны митинг. В то же время Лукашенко выступил перед своими сторонниками, которых оказалось в разы меньше. Он заявил, а в понедельник подтвердил это заявление, что новых выборов не будет, а рядом с границами страны якобы лязгают танки НАТО.

При этом Евросоюз готовит санкции против Лукашенко, а Светлана Тихановская намерена объявить себя избранным президентом страны.

- Станислав, как вы считаете, продолжатся ли протесты в Белоруссии? И будут ли они оставаться такими же массовыми?

— Протестная активность и, тем более, ее результаты — вещь непредсказуемая, если только вы не верите в каких-то тайных кураторов, которые всё из-за ширмы организуют и могут «включать» или «выключать» уличную волну. Есть пример выступлений против режима Мадуро в Венесуэле, которые длились многие месяцы, с сотнями убитых в столкновениях с властями, но при этом ни к чему не приведших.

Есть французские «жёлтые жилеты», которым, кажется, в какой-то момент просто надоело собираться каждые выходные. И есть пример Украины, где за несколько месяцев протестной активности произошла смена власти.

Исключительно по ощущениям: я не вижу возможности и, главное, целесообразности для повторения оппозицией столь же масштабных митингов, как в воскресенье.

С другой стороны, власть, отойдя от первичного шока, могла бы несколько мобилизовать своих сторонников. Есть ещё и забастовки с политическими требованиями — вполне такой локальный и мирный способ выражения своей гражданской позиции.

- Как будет действовать Лукашенко? Может, будет пытаться игнорировать протесты? Удастся ли это ему?

— Очевидно, все понимают, что, показав свою «уличную» мобилизацию (оппозиция — несопоставимо успешнее власти), так или иначе необходимо садиться за стол переговоров. Причём пока повисает вопрос, кто и с кем будет разговаривать. И дело, на мой взгляд, не только в том, что Светлана Тихановская — не политик и должна опираться на своих советников вообще во всём, а в том, что и сам действующий президент на данный момент является «токсичной» фигурой, с которой представителям протестующих, возможно, не хотелось бы появляться в одном кадре.

Президент Лукашенко уже сейчас идёт на уступки, хотя и стремится обставить свою позицию иным образом. Так, он заявляет о возможности ухода со своего поста после конституционной реформы — при этом сама реформа была анонсирована до выборов и до начала массовых протестов. Получается, что это не «улица» заставила Александра Григорьевича поступать тем или иным образом, а он сам заранее всё предусмотрел.

- В стране продолжаются забастовки, в понедельник к ним присоединились работники государственного телевидения. Насколько это эффективная и действенная мера протеста? И насколько болезненная для Лукашенко?

— Об эффективности судить пока рано, но мера, конечно, болезненная. Причём не только в экономическом смысле, что понятно, но и в личностном, если хотите. В конце концов, именно на заводах и фабриках, в трудовых коллективах трудится тот самый воображаемый глубинный народ, который якобы всецело поддерживает власть — в отличие от городского креативного класса, который пороху не нюхал и "стремительный домкрат" в руках не держал. А оказалось, что не всё так однозначно.

И когда президент Лукашенко апеллирует к «лихим девяностым» и к своим заслугам в сохранении белорусской промышленности — это ведь всё мимо, поскольку былые заслуги Александра Григорьевича мало кто стал бы отрицать даже среди его ярых противников. Вопрос же в сегодняшнем дне и в завтрашнем, вопрос в политических правах и гражданских свободах, вопрос в Союзном государстве и позитивном образе будущего, в конце концов. Девяностые закончились 20 лет назад.

- В Кремле подтвердили слова Лукашенко, что готовы оказать помощь Белоруссии в случае внешней военной агрессии. На ваш взгляд, как следует вести себя России? Чтобы поддержать действительно народ Белоруссии, а не лично Лукашенко?

— Взаимные обязательства в рамках ОДКБ с государств-участников никто не снимал. Другое дело, что пресловутые солдаты НАТО, о которых говорил президент Лукашенко на воскресном митинге, вряд ли собираются куда-то вступать в пределах наших широт.

Есть мнение, что поздравительная телеграмма из Москвы, поздравляющая Александра Григорьевича с победой, была несколько преждевременной. Но, как представляется, она не сыграла никакой роли в «уличной» белорусской динамике. В политическом плане, на мой взгляд, России следует быть предельно сдержанной и призывать к гражданскому миру в республике. В информационном же — объективно освещать протестную активность в Беларуси, без сползания в конспирологию про заокеанских кукловодов и прочее.

Также следует максимально освещать деятельность и заявления тех политических и общественных сил республики, которые в текущей турбулентности не концентрируются на ложной в общем-то дихотомии за/против Лукашенко, но говорят о будущем — в контексте продолжения союзных отношений с Россией. Представляется само собой очевидным, что базовым критерием отбора для политической партии, общественного движения или отдельного лидера общественного мнения должен становиться вопрос о Союзном государстве. «За» — продолжаем разговор, «против» — извините, это не к нам.

- По вашим прогнозам, как поведёт себя Запад — кроме введения санкций? Поддержит ли оппозицию заявлениями или будет действовать более решительно?

— Коллективный Запад или же отдельные страны, расположенные западнее или севернее Брестской крепости, в последние годы активно работали в Беларуси на уровне гражданского общества. Это вовсе не значит, что они спровоцировали протест против шестого срока Лукашенко — протест в обществе назревал уже некоторое время.

Речь о том, что, когда настало объективное — насколько в общественном измерении вообще можно говорить об объективности — время протестовать, у «улицы» на руках мгновенно появились информационно-мобилизационные инструменты. Трудно переоценить ценность Telegram-канала NEXTA для нынешнего протестного цикла. В мире уже были «твиттерные» и «фейсбучные» революции — теперь вот «телеграмная». Будущее неумолимо.

В этом смысле коллективному Западу не нужно прибегать к «солдатам НАТО» для поддержки протеста — возобновления санкций и продолжения информационной поддержки оппозиционных выступлений и лидеров вполне достаточно. Есть мнение, что коллективный Запад считает Беларусь «слишком пророссийской», чтобы всерьёз рассчитывать на изменение геополитической ориентации страны в срочной перспективе.

- Сейчас проводятся параллели между Минском-2020 и Киевом-2014. Одно из главных внешниих отличий — на Украине был раскол между Западом и Востоком. А есть ли этот раскол в Белоруссии? Складывается впечатление, что протестуют больше на западе страны — в Минске, Бресте и Гродно…

— Украина — не Россия, а Беларусь — не Украина. Белорусские протесты, во всяком случае пока, направлены сугубо внутрь и объединены неприятием нового президентского срока конкретного человека — Александра Лукашенко. Киевский майдан был направлен не только против Виктора Януковича, но и имел чёткий внешнеполитический вектор, связанный с подписанием соглашения об ассоциации с ЕС.

Украина была вполне демократической страной, со свободой слова и развитой партийной системой. В Беларуси этого до последних дней и близко не было.

Принято считать, что Беларусь и Украина — это такие рандомным образом склеенные территории, которые так же легко и расклеить по тем же линиям. Такое мнение имеет право на существование, но только в украинском случае было и остаётся политическое и, отчасти, языковое региональное разделение, а Беларусь на удивление гомогенна культурно.

На улицах Бреста или Гродно я слышу не просто русский язык, но даже какой-то «московский» акцент, белорусы погружены в российскую культуру и информационное поле. Собственно, такая гомогенность является одним из факторов, сдерживающих перерастание политического конфликта в силовой и межрегиональный.

Упрощая, можно сказать, что раскол в Беларуси носит не «горизонтальный», а «вертикальный» характер — не внутри общества, но между «низами» и «верхами». Первые не хотят, вторые не могут. Но жить дальше нужно, поэтому политические реформы и переход с «улиц» за «столы» считаю наиболее реалистическим сценарием развития ситуации.

Украина Ру

 

Станислав Бышок: В Белоруссии идёт «телеграмная» революция, будущее неумолимо

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.