Вы здесь

Социальные протесты легко перерастают в политические — эксперт

Президент Белоруссии Александр Лукашенко во время рассмотрения кандидатур на должности заместителей председателя Минского горисполкома потребовал от городских властей решить актуальные для столицы вопросы. По его мнению, это поможет предотвратить массовые волнения горожан.

«Надо улучшить качество жизни людей. Решите пока три эти задачи, о которых я сказал: зарплата, занятость людей и цены. Это сейчас больше всего волнует людей. Все остальные задачи мы решим. Их просто не будет, других задач. Никто по улицам не будет шастать, никто на революцию звать не будет, никто не будет звать на какую-то бойню, чтобы кровь текла. Никто — если мы решим эти задачи», — заявил он.

— Белорусский президент говорит о трёх проблемах: зарплате, занятости людей и ценах. Вернуть все показатели на условный докризисный уровень 2012 года вряд ли получится, однако сделать так, чтобы ситуация не ухудшалась, вполне возможно, — уверен политический аналитик международной мониторинговой организации CIS-EMO Станислав Бышок. — Хорошим примером здесь является как раз Россия, где, несмотря на неблагоприятную внешнеэкономическую конъюнктуру, усугублённую санкциями, удалось избежать роста безработицы.

Что же касается протестов, то они, формально декларируя социальные лозунги, имеют политическую подоплёку. Коллеги, работающие в Белоруссии по общественно-политическому направлению, жалуются, что белорусы крайне тяжелы на подъём, даже когда речь касается каких-то мероприятий, соединяющих приятное с полезным, например, тренингов. Здесь же имеют место явно протестные акции, на которые внезапно собирается много активных и возмущённых горожан, требующих справедливости. Мы видим удачное применение технологий «раскачки», описанных ещё Джином Шарпом в известной брошюре «От диктатуры к демократии». Если сегодня получилось вывести значительное число людей на аполитичную акцию, в следующий раз можно добавить толику политики, а затем — ещё немного.

«СП»: — В последнее время антиправительственные акции проходят по всей стране. Что делать с остальными регионами? Насколько опасна ситуация в регионах?

— Революции делаются в столицах. Если предположить революционный сценарий в Белоруссии, то всё дело будет происходить в Минске. Это прекрасно понимает руководство страны. Но в регионах также идут определённые процессы, особенно в крупных городах. Западные НКО выделяют существенное финансирование на развитие местного самоуправления на региональном уровне. Очевидно, что деньги идут и на то, что называется социальными инициативами. По прошедшим также в Гродно, Могилёве и другим городам маршам «нетунеядцев» видно, что западное финансирование вполне эффективно, а уверенность значительной части белорусского и российского экспертного сообщества в том, что «в Белоруссии всё было, есть и будет под контролем», не является самоочевидной.

«СП»: — Для чего, по-вашему, вообще был нужен этот декрет «о тунеядцах» и почему он вызвал такое сопротивление?

— Мне представляется, что государственный декрет был лишь примером одной из неудачных мер по борьбе с последствиями экономического кризиса. Вряд ли власть предполагала, что он вызовет серьёзное сопротивление. Скорее, Минск считал, что декрет будет положительно воспринят трудолюбивым и в некоторой степени советским белорусским обществом. Возможно, так оно и случилось, я не знаю социологии по этой теме. Однако на митинги «за» что-то обычно в массовом порядке граждане выходят по разнарядке, даже если они и поддерживают это самое «за», что мы наблюдаем в том числе и у себя. А вот протесты — дело существенно более привлекательное именно для активного оппозиционного меньшинства. Декрет «о тунеядцах», с точки зрения политтехнологии — вполне «раскачиваемая» и креативная тема. Что-то вроде запрещённой новосибирской «монстрации».

«СП»: — Есть ли у Лукашенко возможность реально поднять уровень жизни? За счет чего он мог бы это сделать? Просить деньги у Москвы или Брюсселя? Но ведь придется идти на уступки.

— Белорусское экономическое чудо, которым до недавнего времени восхищались многие наши путающие туризм с иммиграцией соотечественники, стало реальностью не только из-за трудолюбия белорусов или правильной политики президента Лукашенко, но также — и, как считают эксперты, прежде всего — из-за тесных связей с Россией. Москва исправно обеспечивала Минску как огромный рынок сбыта, так и льготные цены на углеводороды. Экономический кризис, помноженный на ущерб из-за западных санкций, ударил не только по России, но и, косвенным образом, по Белоруссии. Москва в новой, более сложной геополитической реальности решила, говоря языком бизнеса, оптимизировать расходы, касающиеся её союзников. Минску это, разумеется, не понравилось.

У белорусского руководства, как мне представляется, есть возможность предотвратить разрастание экономического кризиса, особенно учитывая, что предпосылок ухудшения внешнеполитической ситуации на западном направлении не предвидится.

Брюссель вряд ли заинтересован в финансировании Минска, как, впрочем, и Киева. Другое дело — финансирование действующих в Белоруссии прозападных НКО. Суммы уходят существенно более скромные, чем даже тот минимум, который мог бы попросить Лукашенко, при этом результат, как показали марши «нетунеядцев», становится весьма заметным. Таким образом, пока представляется, что у Минска нет других союзников, даже теоретически, кроме Москвы.

«СП»: — Если даже представить себе, что Лукашенко удалось бы поднять уровень жизни и снизить напряженность в обществе, означает ли это, что Запад перестал бы поддерживать гипотетический белорусский «Майдан»? Насколько им принципиально скинуть власть Лукашенко?

— Силам, относящимся к России с опаской или враждебностью, важно создать вокруг страны «санитарный кордон» из режимов, недружественных по отношению к Москве. На Западном направлении они, надо отметить, добились существенного успеха. Другое дело, что сейчас кордон может сместиться дальше на восток. То есть в него будут входить уже не Польша, Румыния, Болгария и кто-нибудь из Центральной Европы, а Прибалтика, Украина и, да, Белоруссия.

Иными словами, Минск Западу интересен не экономически, а инструментально — как потенциальный новый элемент антироссийского «санитарного кордона». Всякий раз, когда отношения между Белоруссией и Россией обостряются, эксперты говорят о возможности Лукашенко сменить лояльность. Год назад я бы сказал, что эта возможность существует только в теории. Однако за последние месяцы в мире произошло несколько значимых и ранее казавшихся невозможными глобальных событий, поэтому теперь что-либо исключать полностью вряд ли возможно. И в этой связи возникает вопрос: достаточно ли Россия использует потенциал «мягкой силы» на своей периферии?

Источник: "Свободная пресса"

Добавить комментарий

Plain text

  • HTML-теги не обрабатываются и показываются как обычный текст
  • Строки и параграфы переносятся автоматически.
CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.